Ассоциация факторинговых компаний (АФК) — профессиональное общественное объединение участников рынка факторинга в Российской Федерации.


19
Май
2014
Фактор бюрократии

На этой неделе вступит в силу федеральный закон № 86-ФЗ от 5 мая 2014 года «О присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА по международным факторинговым операциям». А окончательно присоединение России к мировому факторинговому сообществу произойдет в ноябре 2014 года. Для российского рынка факторинга это означает, что самое понятие факторинга будет наконец закреплено в российском законодательстве, или, выражаясь языком цивилистики, кодифицировано. Работавший 15 лет рынок наконец-то получит свое имя.

Однако для российского рынка международного — в первую очередь экспортного — факторинга с присоединением к конвенции проблемы не заканчиваются, а только начинаются. В настоящее время продолжается подготовка законопроекта, вносящего соответствующие конвенции изменения в закон «О валютном регулировании и валютном контроле», в частности, в ст. 19, устанавливающую ответственность резидентов за репатриацию валютной выручки. Теперь государство хочет обязать факторов нести ответственность за репатриацию валютной выручки наряду с экспортерами.

Наличие в законе нормы о репатриации само по себе выглядит как анахронизм времен плановой экономики, когда экспорт товаров и услуг приравнивался к оттоку капитала из страны, а сам экспортер должен был не только произвести и реализовать свой продукт, но и гарантировать государству его стопроцентную оплату покупателем из неведомой страны. Стоит ли говорить, что в таких условиях экспортировать продукцию с высокой добавленной стоимостью не только невыгодно, но и опасно. Даже беглый анализ валютного законодательства России показывает, что в нашей стране до сих пор фактически действует практика наказания за экспорт. В то время во всем мире экспортеров принято всячески поощрять и поддерживать.

Факторинг — именно тот инструмент, с помощью которого столетия назад решалась проблема репатриации выручки, когда корабли покидали порты с товаром, чтобы вернуться с золотом через 3—4 месяца. Или не вернуться вовсе. Промышленники брали на себя этот риск, а потом начали «делиться» им с факторами. Так, собственно, и появился факторинг. Государство же получало свои налоги и экспортные пошлины вне зависимости от того, вернулся корабль из-за моря или нет, то есть было полностью индифферентно к рискам экспортера и фактора.

В России государство, когда речь заходит о валютных операциях, по собственной воле принимает на себя некоторые риски. Представим, что экспортер — не добропорядочный предприниматель, а отпетый мошенник, который не платит налоги, а экспортирует воздух ради возмещения НДС и никакой репатриации выручки даже не планирует. Безусловно, контрольно-надзорные органы рано или поздно его вычислят и выпишут ему по статье 15.25 КоАП штраф в размере 100% невозвращенной выручки. Затем подключат прокуратуру и полицию. Возможно, дело даже дойдет до суда, который подтвердит, что «экспортер» — фирма-однодневка без имущества, а ее собственник — мошенник, скрывающийся за границей. Победа? Нет! В результате этих процедур на балансе государства окажется не только безнадежная к взысканию дебиторская задолженность в виде штрафа, но и будут впустую потрачены долгие человеко-часы, оплачиваемые из бюджета. А все потому, что государство не знает, как снять с себя экспортные риски.

А факторинг знает. Потому что если клиент — мошенник, факторинга он не получит. Более того, зарубежные коллеги за отдельную плату сообщат российскому фактору, не является ли мошенником или банкротом тот, кому добропорядочный российский экспортер направляет свой товар. Получается, что при экспортном факторинге фактор берет на себя не только риски, но и часть контрольно-надзорных функций государства. Либо не берет ни того, ни другого. Мотивация фактора прозрачна — это его бизнес, оплачиваемая услуга. И не самая простая с точки зрения технологий и требований к качеству.

Мотив государства, намеревающегося обязать факторов нести ответственность за репатриацию валютной выручки наряду с экспортерами, читается как запрет на экспортный факторинг в России вообще. Либо создание питательной среды для удвоения числа мошенников от экспорта за счет псевдофакторов и, как следствие, для роста оплачиваемых из бюджета человеко-часов в контрольно-надзорных органах. Ведь закрыть бизнес гораздо проще, чем понять его, поддержать и использовать в своих, то есть государственных интересах. Хотя именно в этих интересах Россия и присоединилась к Конвенции УНИДРУА по международным факторинговым операциям.

Автор: Дмитрий Шевченко, исполнительный директор АФК

Источник: журнал "Профиль"